прислать материал
AIN.UA » Интервью, ЛучшееДмитрий Запорожец, GitLab: «Я считаю, что GitLab можно назвать украинским стартапом»

Дмитрий Запорожец, GitLab: «Я считаю, что GitLab можно назвать украинским стартапом»

2387 1

Дмитрий Запорожец – один из основателей GitLab. Не так давно компания привлекла $100 млн, ее оценка выросла до $1,1 млрд, а сама компания стала единорогом. Многие в уанете взялись спорить: можно ли считать компанию украинской? Главный редактор AIN.UA Илья Кабачинский и издатель AIN.UA Илья Бошняков встретились с Запорожцем на Lviv IT Arena и задали ему этот, а также другие вопросы о работе теперь уже миллиардной компании. 

Фото: IT Arena.

Ваше постоянное место пребывания — Украина?

Да, я живу в Харькове. В Украине, кроме меня, еще два человека.

Сколько всего в компании людей?

Сейчас 352 человека.

У вас нет офисов, все люди работают удаленно, верно?

Верно: офисов нет, все работают удаленно.

Исходя из того, что у вас фактически нет офиса, люди работают по всему миру и это 350 человек — самый главный вопрос последних дней: компанией какой страны вы являетесь?

(смеется)

Поскольку у нас сотрудники более чем в 45 странах, мы считаем себя глобальной компанией.

Юридически мы также представлены в различных странах, поскольку в каждой локации, где больше 2-3 людей, мы открываем небольшую компанию, чтобы всем платить зарплату и с этим не было проблем.

Когда вы подняли $100 млн, то наверняка видели, что творилось в украинском Facebook и местных СМИ: многие инвесторы указывали, что вы не украинская компания. Какое ваше мнение на этот счет?  

Сам все эти разговоры я полностью игнорировал, поскольку это своего рода холивар — у каждого свои аргументы «за» и «против».

Мое мнение следующее. Один основатель из Украины — отчасти это украинский стартап. Другой основатель из Нидерландов — отчасти это нидерландский стартап. После пришли инвесторы из Калифорнии — теперь отчасти это и американский стартап. Исходя из этого я считаю, что GitLab можно назвать украинским стартапом.

Какие-то украинские фонды пытались инвестировать в ваш проект?

Нет, не пытались. Я разговаривал с парой человек еще в самом начале, но мы не нашли общий язык. Затем я написал в Twitter, но также не нашел поддержки.

Но теоретически: если бы местные фонды предложили вам инвестиции — вы бы приняли?

Да, почему нет.

Речь о насколько большой сумме денег шла при первичных инвестициях: сотни тысяч, миллионы долларов?

Речь просто шла о каких-либо деньгах вообще. Я инженер, я написал продукт. Мне нужны были не просто деньги, а люди с деньгами, которые помогли бы масштабировать проект, занялись бы бизнес-частью.

Проблема была еще и в том, что шесть лет назад у меня вообще не было никакого нетворка, я никого не знал и толком не понимал, где эти самые деньги искать. Мой круг общения совсем другой. К тому же я делал opensource-продукт, это многих отпугивало. Все это сложилось вместе, и поначалу с поиском инвестиций было трудно.

А позже, когда вы привлекли какие-то инвестиции, украинские фонды начали к вам приходить? GitLab ведь стал большим и заметным стартапом.

До последнего момента нет: совсем недавно кто-то написал, но никакого развития это, как видите, не получило.

Фото: IT Arena.

Когда вы заключили партнерство с Сидом Сибрандже из Нидерландов?

На словах это было в 2013-ом, а официально все документы были подписаны в 2014 году.

Разделили компанию поровну?

Не могу комментировать этот вопрос.

Инвесторы нормально относятся к тому, что у вас нет офисов? С этим не было проблем при привлечении средств?

Нет, проблем особо не было. Они видят, что за счет отсутствия платы по аренде, мы можем сэкономить. Снять офис где-то в Калифорнии может стоить несколько миллионов — у нас этих расходов нет. А поскольку нет офисов, то мы свободны для того, чтобы нанимать людей по всему миру.

Также стоит отметить, что несмотря на отсутствие офисов, у нас полноценная структура большой компании: есть руководители различных направлений, будь-то юридические или финансовые вопросы, или любые другие. И когда возникает задача — например, поиски инвестиций — этим занимается конкретный человек, в зону ответственности которого входит работа с инвесторами. Мы строим полноценную большую компанию с понятной структурой.

GitLab поднимал инвестиции почти каждый год — сами участвуете в общении с инвесторами?

Практически нет — это задачи других людей. Моя зона ответственности — техническое направление.

Поднятые $100 млн — последний раунд, верно? Дальше IPO?

По нынешнему плану, в 2020 году компания действительно будет готова к выходу на биржу. Сейчас это наш следующий шаг, других раундов пока не планируется.

У вас есть приблизительная оценка, по которой вы планируете проводить IPO?

Да, такая оценка есть, она все время адаптируется, в зависимости от различных факторов. Очевидно, что это будет выше $1 млрд, так как сейчас мы активно занимается развитием продукта и капитализацией бизнеса, Например, планируем вырасти до 500 сотрудников, вкладываться в маркетинг и т.д. Точную цифру сказать не могу.

Как вы ищете людей? По каким критериям?

Очевидно, что речь должна идти о специалисте высокого уровня. При этом, мы стараемся нанимать людей из мест, где стоимость жизни не слишком высокая. Это позволяет нам не переплачивать по зарплатам: даже в одной стране от географии может сильно зависеть оплата, как в США. Это, как и отсутствие офисов, помогает оптимизировать расходы.

А почему не нанимаете в Украине?

Все просто: люди не подаются. Я бы с радостью нанимал здесь больше. У нас постоянно есть открытые позиции и даже если у человека не получилось один раз, стоит пробовать еще. У нас нет такого, что сейчас нанимаем только в США, потом в Африке, затем Азия. Все зависит от уровня специалистов и украинцы имеют такие же шансы, что и все остальные.

Фото: IT Arena.

GitLab выдает сотрудникам опционы?

Да, абсолютно всем. Каждый в нашей компании имеет право на опцион, вне зависимости от страны жительства. Под это у нас заложена часть акций компании. Как обычно, чтобы получить в распоряжение свою часть, необходимо некоторое время поработать в компании — у нас это год. После первых 12 месяцев человек получает небольшую долю — около 25%. Через год еще, и так далее, пока не выберет все свои 100%. При желании, он может уйти через год, но тогда получит лишь небольшую часть.

То, что мы даем акции, к слову, это не секрет и не тайна – даже страница на сайте об этом есть.

Фонд оплаты труда — самая большая часть расходов компании?

Да, хотя мы также достаточно много тратим на поддержание инфраструктуры.

После того, как Microsoft купила GitHub, была информация, что GitLab здорово подрос. Тенденция сохранилась?

Да, действительно, хештег #movingtogitlab здорово нам помог — пользователи активно к нам переходили. Более важно и то, что о нас рассказали многие мировые СМИ, это повысило узнаваемость бренда. Сделка Microsoft и GitHub несколько размыла бренд последнего, что также сыграло нам на руку. Поэтому я бы отметил, что после того скачка переходов мы в целом не потеряли в притоке новых пользователей.

Вам раньше предлагали продать компанию?

Не могу комментировать эту информацию.

Вариант возможности не выхода на IPO, а прямой продажи компании, рассматриваете?

Неправильно будет сказать, что нет. Все ведь зависит от суммы, которую нам потенциально могут предложить. Сейчас мы рассматриваем вариант IPO, поскольку это позволит сохранить бренд, структуру компании, наши правила работы, но мы получим ресурсы для еще более активного развития. При поглощении этого сделать не удастся. Поэтому такой вариант не в приоритете.  

Заметили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам.

Добавить комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

1 комментарий

по хронологии
по рейтингу сначала новые по хронологии
Artem Peshevets

Отличная история!

Поиск

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: