EN

Лень, гонор и адовый английский: 6 плохих привычек украинских стартапов

6388
2

СЕО акселерационного хаба Sector X Андрей Комаровский в своей колонке для AIN.UA рассказывает о негативных сторонах и привычках украинских стартапах.


Поддерживать стартапы и их основателей, выдавать им гранты-пособия-субсидии-скидки, писать о них на первых полосах изданий, восторгаться тем, что какой-то стартап привлек инвестиций, которых хватит лишь на покупку б/у-тачки (хоть и при капитализации стартапа в стоимость небольшого завода) — это действительно нужно и временами полезно для поднятия духа участников и формирования правильных ориентиров в обществе.

Фото — Facebook Андрея Комаровского

Но иногда полезнее бывает остановиться, глотнуть свежего воздуха, оглядеться по сторонам и задать вопрос: а так ли уж празднично на нашей улице, и не зря ли горят огни и бахают фейерверки?

Поскольку я, можно сказать, серийный основатель разных стартапов (звучит отвратительно, но лучшего термина я не придумал), да еще и работаю со стартапами достаточно много лет с разных позиций (менторю, раздаю бесплатные и платные советы, управляю акселераторами, инвестирую), то сделать этот самый живительный глоток и оценку статуса украинской стартап-улицы решил сам.

Причем хотелось выделить и сформулировать именно негатив, чтобы понимать, что можно улучшить и над чем нужно работать. А позитивные моменты (которые безусловно есть) оставлю для другой статьи.

Итого получилось шесть не самых сладких пунктов про украинские стартапы. Инджой.

  1. Постоянный и безжалостный «пилеж» продукта. Он же — работа над продуктом. Это когда вместо того, чтобы находить первых клиентов, подписывать контракты, договаривать договоренности и собирать очереди пользователей, украинские стартапы пилят. Пилят мощно, днями и ночами, не жалея себя и свою пилу. Потому что — что? Правильно. Потому что могут. Но не потому что надо.

    И это — настоящая чума, которая выкашивает стартапы косяками. Потому что после многих месяцев или даже лет бессмысленной разработки продукта мы имеем полностью демотивированных и нищих ребят без выручки и клиентов, вместо успешного бизнеса, приносящего деньги основателям и пользу экономике.

    Считаю, что скоро вообще не будет смысла даже начинать разговаривать со стартапом, который напилить продукт не забыл, а позвать клиентов к столу — забыл. Да, есть стартапы, в которых технология (продукт) — это все. Например, как в проектах, которые работают над технологией зарядки аккумуляторов за 1 минуту. Нужность решения здесь не оспаривается, и клиенты сами в очередь выстроятся, как только такое решение будет. Но у нас такие стартапы, прямо скажем, можно пересчитать быстрее быстрого. Основная масса, встречающаяся в нашей экосистеме: про сделать что-то чуть удобнее, лучше, быстрее… Про бизнес-модель, в общем.
  2. Чрезвычайно низкий уровень владения матчастью. Как будто и не было всех предыдущих лет стартап-движухи, как будто не писали Стивены Бланки и Роберты Фитцпатрики своих, ставших уже практически стартап-библиями, книжек. И интернета как будто тоже нет.

    Что мешает прочитать несколько книжек, десяток-другой статей и только после этого что-то делать? Не знаю, но факт остается фактом — не читают, но делают.

    Вообще, запускать стартап без хотя бы поверхностного изучения матчасти можно. Также как можно достигнуть успеха в жизни без университета и построить отношения с партнером, не зная значения слова «психология». Но вероятность сделать все это хорошо, зная матчасть, драматически выше.
  3. Адовый английский. В мире, где английский является де факто языком номер один для коммуникаций между странами и компаниями, где стартапы должны становиться глобальными, чтобы оправдать даже название слова «стартап», не знать английский вовсе или владеть им из рук вон плохо — непозволительно и вообще.

    В мире в странах с небольшим объемом внутреннего рынка (а Украина относится к их числу), где стартапы запускают или хотя бы хотят запускать на глобальный рынок, их основатели владеют английским почти идеально. Примеры? Финляндия, Израиль, Швеция, Эстония, you name it.

    Но не у нас, нет.
  4. Гонор и лень. Потому что ну а как иначе? Для стартапов в стране делается на самом деле достаточно много тело- и деньгодвижений: батлы, конкурсы, программы разные, акселераторы-инкубаторы, да с недавних пор еще и гранты. Плюс на это накладываются некоторые культурные особенности, и в результате мы получаем основателей стартапов, у которых появляется любопытная галлюцинация о собственном величии и важности. А уж если кто-то поднял пару буханок хлеба в виде инвестиций — ну все, туши свечи.

    Реальность немного другая. Вся работа со стартапами везде, в любой стране — это АВАНС НА БУДУЩЕЕ. Потому что в настоящем любой стартап проигрывает по значимости для экономики любой лесопилке. И ровно поэтому стартапам нужно пахать немного больше, слушать и слышать немного больше, учиться немного больше, выносить немного больше, чем классическому предпринимателю. Просто потому, что окружение дает стартапу что-то уже СЕЙЧАС, а стартап обещает это что-то использовать во благо и вернуть в общество с мультипликатором ПОТОМ. И всякое мнимое величие на фоне получения авансов как минимум неуместно, а как максимум — сильно снижает шансы стартапа преуспеть, ибо застилает глаза и искажает реальность со всеми вытекающими.
  5. Неинвестопригодность и локальность (как две стороны одной очень плохой медали). Инвесторы вкладываются в стартапы, потому что они надеются продать этот стартап (технически — свою долю в нем) лет через 5-7 какой-то крупной корпорации. Это плюс-минус девяносто пять процентов случаев выхода инвестора из капитала успешного стартапа. Оставшиеся проценты приходятся на IPO.

    А теперь грустная реальность: скорее всего, в Украине стартап практически не продать крупной корпорации. Потому что не покупают. По-научному это называется «нет рынка экзитов». Наш инвестор грустит и в локальные стартапы не вкладывается (не только поэтому, конечно, но в том числе).

    Вот в США рынок экзитов есть, и инвесторы в стартапы вкладываются. А у нас, вкладываясь в стартап, инвестору остается надеяться на его глобальность и, как результат, возможность продать потом этот стартап международной (скорее всего, американской) корпорации.

    И если украинский стартап изначально не претендует на конкуренцию в масштабе хотя бы Европы, то тем самым он фактически объявляет себя неинвестопригодным для игроков венчурного рынка. И в плане привлечения инвестиций они могут рассчитывать разве что на FFF (family, friends, fools). Что грустно и для стартапа, и для венчурных инвесторов, и для страны.
  6. Качественных стартапов вызывающе мало. Стартапы должны откуда-то появляться, тем более, хорошие стартапы. Недостаточно выделить денег и объявить «Стартап, появись!». Так не работает.

    Стартапы — это всегда ПРОИЗВОДНАЯ других фундаментальных вещей, а не самостоятельная сущность. И таких фундаментальных вещей, читай, источников появления стартапов, не так уж и много: крупный конкурентоспособный на мировом рынке бизнес, исследовательские центры и лаборатории, да и, пожалуй, университеты, занимающиеся исследованиями. Если в какой-то стране все хорошо с этими источниками, то велика вероятность, что и с хорошими стартапами там или уже все ОК, или будет ОК. У нас пока не ОК со всеми тремя источниками. Настолько не ОК, что в прессе и слов таких нельзя печатать.

    Но! Я не могу не сказать о том, что, несмотря на важность вышеуказанных источников, они влияют в основном на качество стартапов. А вот на количество стартапов влияет кое-что другое. Это всегда некий микс устройства общества и его ценностей, наличия драйверов для предпринимателей/основателей стартапов и правильной экосистемы и инфраструктуры. И вот с этим у нас на самом деле очень даже неплохо.

    Например, почти во всех странах Европы со стартапами не очень хорошо, несмотря на наличие всех трех источников появления стартапов. Почему? А им и так хорошо, нет мотивации. Или Япония — третья экономика мира с сильнейшими корпорациям, R&D-центрами и университетами. А со стартапами беда. Опять же, почему? До недавнего времени не позволяли общественные ценности и устройство: уважение старшим и почет, корпорация — моя семья и вот это вот все.

    А вот в странах Латинской Америки и США стартапы появляются как грибы после дождя, и объяснение уже очевидно. Культура.

    И в заключение. Стартапы нужны, потому что они про близкое будущее и про конкурентные преимущества целых стран. Но, как я и писал в начале статьи, есть ощущение, что курс немного сбился.

Автор: Андрей Комаровский, CEO в Sector X

Оставить комментарий

Комментарии | 2

  • Ждем про позитивные моменты.

  • А еще скажут «исследование рынка не нужно», «маркетинг не наука»…Да с этого и должно все начинаться. Нужно сначала, понять, что людям реально нужно и сколько таких людей, как часто и сколько купят, если купят вообще. По поводу английского тоже не могу не согласиться. Не хочу нарекать, но иногда, если это кейс от какой-то международной компании, люди самостоятельно не могут до конца понять ТЗ. Я сам себя иногда на этом ловил, поэтому была огромная мотивация серьезно заняться английским. Я нашел нужный для моей специализации курс на EnglishDom и пошло-поехало наконец. Учился по цифровому учебнику, так и совмещал с работой и даже учебой. Со знанием языка ты себя гораздо увереннее чувствуешь, а у нас еще и конкурентоспособнее.

Последние новости
30 сен
Смотреть все
  • Консоли некстген
  • Истории компаний
  • Расследования AIN.UA
  • Спецпроекты
  • Безопасность номера
  • Безпека гаманця
Реклама на AIN.UA

Поиск