прислать материал
AIN.UA » Интервью, Мнения«Я считаю себя украинцем»: как выходец из Николаева Аллан Грант основал в США две многомиллионные компании Hired и Talkable

«Я считаю себя украинцем»: как выходец из Николаева Аллан Грант основал в США две многомиллионные компании Hired и Talkable

8628 4

Инженер из Николаева Александр Сапов всегда мечтал иметь собственный бизнес и заразил этим стремлением сына Мишу. Однако в УССР предприимчивых людей подавляли, а в независимой Украине 90-х честно зарабатывать было невозможно. Поэтому когда мальчику исполнилось 11 лет, семья Саповых переехала в США. Там отец Миши устроился работать по специальности, а мальчик взял имя Аллан Грант и с головой погрузился в предпринимательство.

Сегодня Аллану 35 лет, он построил Talkable и Hired – две многомиллионых продуктовых компании с крупными инвестициями, которые быстро растут, зарабатывают большие деньги и являются лидерами на своих рынках. В интервью AIN.UA Аллан рассказал о своих успехах, провалах, а также о том, почему решил строить Talkable в Украине и что для него значит эта страна.

Фото здесь и далее: Натали Коломиец

Расскажите о себе: где родились, работали, учились и когда уехали из Украины?

Меня зовут Михаил Александрович Сапов. Я родился в Николаеве в 1983 году и жил там с родителями до 1994 года. Когда мне было 10 лет, мы переехали в Америку.

Папа у меня всегда говорил про предпринимательство, он был, так сказать капиталистом в коммунистической стране, и его за это преследовали практически всю жизнь. Поэтому он всегда пытался уехать за границу.

Помню, мне было пять лет, я играл в мяч и нечаянно забросил его на соседский огород, помяв чужие цветы. Тогда бабушка мне в сердцах сказала: «Вот ты капиталист!». Я спросил у папы, что это значит? И он ответил, что капитализм – это не плохая вещь, это когда ты сделал что-то ценное и кто-то другой сделал что-то ценное, вы обменялись этими вещами и обоим стало лучше.

Я воскликнул: «Но это же классно!», а он говорит: »Да, но здесь так нельзя».

Тем не менее, он долго стоял в очереди, и в первый же день, когда в Украине разрешили регистрировать бизнесы, создал компанию, которую назвал «Аллан Грант». Оттуда и пошло мое имя. Я очень гордился папой, я тоже хотел стать предпринимателем. И когда мы переехали в Америку, оба поменяли имена на Аллан Грант. Это было так сказать видение того, что мы оба хотим делать бизнес.

Как стали предпринимателем? Расскажите про свой первый бизнес.

В США папа пытался открыть компанию, но у него не получилось. Поэтому он работал по профессии — инженером. Но я всегда помнил про свой план, и когда учился в университете, решил попробовать – я не знал, что и как надо делать, но подумал, что нужно пробовать сейчас, пока я еще студент и меньше риска.

Первый бизнес не получился, а второй превратился в мою первую компанию Webmasters International. Это была полноценная аутсорсинговая компания, специализирующаяся на веб-девелопменте, хотя на тот момент этот рынок в Украине еще не был сформирован.

Когда я закончил университет, у нас уже работало 50 человек: 40 в Николаеве, 10 в Атланте, где я учился и где мы жили.

Почему вы закрыли Webmasters International?

Все выглядело очень классно, и я думал, что бизнес – это легко. Я не понимал, почему вообще все не открывают компании, был высокого мнения о себе. И тогда жизнь, как говорится, дала мне по морде.

У нас был один очень большой клиент, на которого работала половина офиса. И он платил нам с отсрочкой. А поскольку это была аутсорсинг-компания, и я должен был платить людям зарплаты, я нашел третье лицо, которое оплачивало работу сразу же, а потом клиент был должен этому третьему лицу. При этом я персонально гарантировал, что если клиент не заплатит, я буду за это отвечать.

Постепенно клиент стал платить все позже и позже – сначала опаздывал на месяц, потом на два, потом на три. И однажды просто не заплатил. Тогда я снял все деньги со всех своих кредитных карт, чтобы отдать долги и выплатить зарплаты. Половину штата пришлось уволить.

Когда бизнес рухнул, у меня осталось полмиллиона долларов долгов, которые потом я выплачивал в течение 6 лет.

Тогда я понял, что у меня другого выбора – нужно продолжать делать бизнес, потому что с обычной работой я из этой ямы никогда не выберусь.

И вы запустили новый проект 3L Systems? Что это было и почему проект не получился?

В тот момент я как раз участвовал в соревновании по предпринимательству – меня туда порекомендовал мой профессор, еще когда в Webmasters International было все классно. Я прошел в финал за месяц до того, когда у компании начались проблемы, а когда проходило соревнование – все уже было плохо. Я уволил 25 человек прямо из отеля перед выступлением. Тогда я сказал жюри все как есть и что я не должен тут быть.

На том соревновании я познакомился с двумя другими предпринимателями, с которыми мы вместе запустили «3L Systems», что в шутку расшифровывалось как Three Losers starts a company, потому что ни один из нас не выиграл то соревнование. Это было программное обеспечение для автоматизации отелей. Мы решили, что не будем брать деньги за софт, а будем отдавать его бесплатно и брать процент со всех транзакций.

Три года мы пытались запустить этот проект, но в итоге так его и не доделали. Софт в разработке оказался сложней, чем мы думали.

Это был 2009 год. В то время я перестал программировать, хотя увлекался этим с 7 лет. Просто привык, что у меня большая команда разработки, которая делает софт, а сам занимался переговорами с клиентами и продажами. На третий год, когда нужно было просто ждать, когда ПО будет готово, я решил вернуться к кодингу и научиться программировать на Ruby on Rails.

Я начал запускать разные проекты. Написал программу для А/В тестирования и решил всем рассказать про этот проект. Чтобы не мучиться с рассылкой, я придумал Mailytics – умную рассылку, которая автоматически формирует список получателей на основании твоих email-переписок. Собрал первую версию этого проекта в начале декабря и решил запустить ее для людей, чтобы они могли, например, разослать всем традиционные поздравления с Рождеством. Но не захотел запускать проект без логотипа.

Есть такой сервис 99designs, где можно заказать логотип и сказать: «я дам $200 лучшему дизайнеру, который сделает это». И я начал оптом посылать мейлы всем дизайнерам, которые были на этом сайте, с предложением поучаствовать в создании моего логотипа. Под конец меня там забанили. И тут другая компания анонсировала продукт, похожий на мой, с которым они попали в Y combinator, с крутыми инвесторами. Я решил не выкатывать свой проект, потому что все могли подумать, что я их скопировал. Вместо этого я решил найти себе кофаундеров, запустить другой проект и тоже идти в Y combinator.

Как появился Talkable?

Я нашел двух кофаундеров на ивенте Founder Dating. Мы решили снять дом на 3 месяца, все втроем въехать туда и вместе пытаться придумать, что можно запустить. Итогом этих трех месяцев стал Talkable.

На то время Dropbox была одной из немногих компаний, у которых была реферальная программа: если я приглашу друга, он получит 250 МБ бесплатного места в облаке, и я за него тоже получу 250 МБ. Мы решили построить аналогичный продукт, но для ecommerce-компаний. Сделали первую версию и в первый же день сделали продажу одному онлайн-магазину. В течение первой недели у нас уже было много желающих магазинов, и к тому времени, когда мы пришли на интервью Y combinator, наш сервис летел – мы делали много продаж для разных бизнесов.

В 2010 году мы привлекли $1,3 млн инвестиций и еще $2 млн в прошлом году. В сумме на счету Talkable примерно $3,5 млн.

Я так понимаю, основная команда разработки у вас в Украине. Почему выбрали Украину?

Мы не планировали начинать команду в Украине и вообще в каком-то определенном месте, мы просто хотели найти самых лучших людей, что и произошло. Вначале мы думали, что сделаем офис в Сан-Франциско.

У нас была история плохого пиара в 2012 году, когда мы впервые объявили о запуске продукта. Мы хотели сделать A/B тест нашей домашней страницы и скопировали дизайн домашней страницы HighRise, которую основал создатель Ruby on Rails Давид Хейнемейер Ханссон. А он тут же объявил, что мы украли его дизайн. Об этом очень многие написали, и когда мы пытались нанять самых лучших Ruby on Rails разработчиков, многие из тех, кто успешно прошел собеседование, потом говорили, что не хотят к нам идти, потому что у нас плохая репутация.

Среди opensource-разработчиков я нашел человека по имени Богдан Гусев, который сегодня мой партнер здесь в Украине по Talkable. На то время он был в топ-20 самых активных разработчиков на Ruby on Rails и номер один из всех русскоязычных программистов в комьюнити. Богдан украинец и жил в Киеве. Мы с ним начали общаться и где-то через полгода решили вместе работать. И что Богдан будет строить команду здесь и вся разработка у нас будет полностью в Украине, и отказались нанимать разработчиков в Сан-Франциско.

Богдан Гусев и Аллан Грант

Если бы мы делали основной офис в Сан-Франциско, а часть разработки перенесли бы в Украину, то украинские сотрудники чувствовали бы, что просто выполняют работу. У них не было бы видения.

Видение нашего продукта исходит именно из киевского офиса.

Построить Talkable нам удалось благодаря сильной команде. Ее сбор – отдельная непростая задача. Благо, опыт в хайринге есть. В основном, отбираем людей по пяти признакам: насколько человек готов обучаться/амбициозный, насколько хорошо делает свою работу, соответствует ли он культуре компании, какие референсы от других людей, как он показывает себя во время разговора

Строгий отбор – не забавы ради. Мы не хотим набрать много людей, а потом резать траты. Наоборот, готовы финансировать как людей, так и среду, в которой они работают. Мы ценим небольшие автономные команды, готовы платить хорошие зарплаты и готовы искать лучших людей: подход, когда собираем всех подряд, а потом занижаем зарплату, мне не близок.

Расскажите про бизнес-модель Talkable? Что и как продаете?

Мы помогаем онлайн-магазинам найти покупателей. Обычно это делают через рекламу. Но если вкладывать в рекламу, то деньги идут паблишерам, которые эту рекламу делают. Мы же помогаем компаниям вносить те же деньги, но отдавать их своим клиентам. Если у меня есть лояльный покупатель и он привел своих друзей, то лучше я заплачу эти деньги им – клиентам, а они смогут потому у меня их потратить, чем просто отдам Facebook или Google. В этом идея Talkable. Это работает не для всех. Наша модель не работает для компаний, которых не любят их покупатели. Мы помогаем хорошим компаниям расти быстрее, и многие успешные на сегодня ecommerce-компании выросли с нашей помощью.

Наша бизнес-модель – это SaaS. Мы продаем ПО по ежемесячной подписке. В самом начале у нас был бесплатный план, тариф за $50 в месяц и за $150 в месяц. Но поскольку это реферальная программа, если у тебя нет клиентов, то ты не можешь ею пользоваться. Больше всего пользы это приносило большим компаниям.

Постепенно мы перешли на enterprise – сейчас мы продаем лицензии, которые стоят тысячи долларов в месяц. Среди наших клиентов Tom’s Shoes, American Eagle, Saks Fifth Avenue и много других больших брендов, в том числе инновационных компаний-изобретателей.

Как Talkable работает сейчас: можете поделиться финансовыми показателями? Насколько я знаю, компания прибыльна с 2013 года?

Да, в точку безубыточности мы вышли в 2013 году. Доход у нас гораздо выше, чем количество привлеченного капитала. Обычно в стартап-компаниях все наоборот.  

Мы не раскрываем цифры, но я могу показать кривую нашего роста по доходам с февраля 2012 года до февраля текущего года.

Редко когда кривая доходности настолько плавно идет вверх без резких падений.

В Кремниевой Долине почти все, что строят – убыточно. Берут деньги, сжигают их и в итоге очень часто так и не выходят в плюс. Мы хотим сделать то, что будет долго существовать, поэтому стараемся быстрее дойти до прибыльности и не потерять много денег.

Мы считаем, что бизнес должен зарабатывать. Здесь, в Украине, люди это понимают, в отличие от Долины, где это воспринимают как нечто странное.

Мы решили, что будем делать компанию не убыточной, и поэтому взяли так мало венчурных денег. На самом деле, в Talkable мы получаем предложения от инвесторов регулярно, но они нам не нужны, потому что компания и так хорошо растет.

Сегодня мы продолжаем инвестировать в бизнес, поэтому в прошлом году мы сделали новый раунд – взяли еще $2 млн и часть этих денег потратим на развитие – уже наняли людей, расширились. Сейчас у нас в Киеве 49 человек и 17 человек в Сан-Франциско.

В чем новизна Talkable? Что компания принесла на рынок реферал-маркетинга?

В 2010 году мы пришли к идеи Talkable: не было платформ, которые помогали создавать реферальные программы. Фактически, мы придумали, как это делать – до нас этого никто не делал. Забавно, что позже я увидел, как нечто похожее сделали в Amazon. Впрочем, одной простой механики было мало: пригласи друга – получи бонус, это начинает надоедать. Поэтому мы стали экспериментировать. Запустили таймер – рефералка работала только неделю, например, чтобы пользователи активнее приглашали друзей. Потом рефералки по дням и т.д. – решений уже много.

При этом активно разрабатывалась и система защиты – фрод является обычным делом на реферальных площадках. Нерадивые пользователи постоянно думают, как обмануть систему, получить бонус, который им не должен достаться по праву. Мы научились выявлять таких мошенников, но, более того, умеем сделать так, чтобы те пользователи, которые пытались нас обмануть, все равно остались клиентом и приобрели продукт.

Сейчас у нас есть понимание, что технологии не стоят на месте и платформа завтрашнего дня не такая, как сегодня. Поэтому мы создаем клиентам своего рода динамические шаблоны, которые можно будет менять в будущем. Ведь завтра это уже может быть не реферальная программа, а система скидок, аффилиат, награждения и т.д. Вариантов много.

Также мы создаем свое агентство внутри компании для развития реферал-маркетинга. Будем из киевского офиса помогать нашим клиентам создавать и запускать реферальные программы. Около 20 человек сейчас над этим в том или ином виде работает, но мы готовим перезапуск, ищем под это главу агентства.

Расскажите о том, как появился Hired. Вы его открыли в 2012 году, когда уже существовал Talkable?

Да. Hired тоже был результатом того кейса с плохим пиаром, когда мы старались найти хороших людей.

С одним из моих кофаундреров по Hired я познакомился в 2010 году на конференции. Оказалось, что он был учредителем 99designs, на котором, как вы помните, я спамил дизайнеров. И он мне сказал: «О, я тебя помню. Прости, что мы тебя выгнали, понимаешь, это мой бизнес. Но идея классная – мы скопировали то, что ты сделал и теперь это приносит нам миллион долларов в год» (я сделал тогда систему, в которой дизайнеры могли голосовать за лучший проект). Так мы с ним подружились.

В 2012 году он приезжал в Сан-Франциско, чтобы там говорить на конференции про то, как запускать Marketplace-компании. Еще среди спикеров был Даг Фирстин, легенда Кремниевой Долины, основатель мультимиллиардной компании LiveOps – сегодня он наш третий партнер в Hired. И когда мы вместе сошлись в баре после конференции, оказалось, что главной проблемой для всех нас всегда было найти хороших людей и построить команду. Например, Webmasters существовала потому, что у нас были самые талантливые люди со всей Украины. Даже из Киева разработчики переезжали в Николаев, что, насколько я понимаю, редкость.

И вот мы втроем брейнстормили в баре и я рассказал, что пишу людям, которые работают в Google, Facebook и такого уровня компаниях, но они просто игнорируют мои письма, потому что каждый день такой человек получает по 5 разных запросов на работу. И мы придумали как, это можно решить.

Раз программисты сейчас так востребованы, что, если мы сделаем аукцион для разработчиков, в котором крутые стартап-компании, которые привлекли венчурный капитал, могут делать офферы, перебивая предложения конкурентов? И если я разработчик, который работает в топ-5 крупнейших компаний (в самом начале мы решили, что это будут Google, Facebook, Twitter, Microsoft и Zynga), но заинтересован в новых возможностях, я попадаю на закрытый маркетплейс, где они меня увидят.

Дальше, если компании хотят пообщаться с человеком, они должны сразу послать предложение и указать, какую зарплату они готовы предложить еще до того, как человек придет на собеседование. И когда они делают это предложение, его могут видеть другие компании, которые тоже хантят этого специалиста и после этого могут поменять свое предложение. Получается, что компании буквально соревнуются между собой, чтоб пригласить человека на интервью.

Когда мы придумали концепцию, я сказал, что могу написать платформу за выходные – с технологической точки зрения это очень легкая штука. Тогда моя цель была – нанять разработчиков для Talkable, но эта система так хорошо работала уже с первых дней, что мы решили запустить ее в отдельную компанию.

Откуда вы брали разработчиков и вакансии?

Изначально мы присылали разработчикам приглашения через LinkedIn и рассказывали идею, что мол мы понимаем, что вы получаете очень много предложений каждый день, мы хотим дать вам возможность делать это более эффективно и понять, какова ваша стоимость на рынке.

Например, я работаю в Facebook и не собираюсь уходить, но интересно, что бы я получил, если бы попробовал поискать работу. Мне не хочется много времени тратить на интервью, так что я могу пойти на платформу (до 2013 года она называлась просто DeveloperAuction) и узнать, сколько рынок готов за меня заплатить.

За месяц мы набрали 88 разработчиков, после чего я предложил инвесторам Talkable из Y Сombinator и 500 Startups попробовать наш аукцион. Даг поговорил со знакомыми венчурными капиталистами, они написали своим компаниям, и у нас за пару недель зарегистрировалось 120 компаний. В это время сайт еще был не доделан – мы решили его не делать, пока не наберем достаточно пользователей.

Когда все было готово, за 36 часов безостановочного программирования я написал первую версию сайта, запустил ее и уехал на Burning Man. А когда вернулся через неделю (все это время сайт поддерживал Богдан), оказалось, что через наш сайт компании сделали предложений в сумме на $30 млн!

Это было «вау». Мы поняли, что сделали востребованную штуку.

Расскажите про бизнес-модель Hired. Сколько вы зарабатываете на одном оффере?

Когда компания нанимает человека, они платят нам 15% от его годовой зарплаты сразу после найма. Модель похожа на рекрутинговые агентства, но они берут где-то 25-30%. Мы же изначально решили брать половину того, что берут рекрутеры, потому что это все равно очень много денег.

Каждый найм приносит нам в среднем $20 000, на которые мы можем расти.

Сейчас у нас также есть модель по подписке, так как многие компании уже пользуются нами постоянно. Они платят нам десятки тысяч долларов в месяц, и сразу получают определенное количество наймов, которые могут делать через нашу платфому.

Каждый кандидат получает в среднем 10-15 предложений в неделю, после чего выбирает 3-5, с которыми ведет переговоры. Это может продолжаться несколько недель, пока человек не определится.

В среднем, например, в Кремниевой долине разработчики зарабатывают от $120 000-180 000, но у нас были предложения на полмиллиона и выше для очень-очень крутых людей. Например, СТО каких-то успешных компаний получают сумасшедшие предложения.

Сколько Hired сегодня закрывает предложений?

Мы не озвучиваем эти цифры. Могу сказать, что больше нескольких тысяч разных компаний наняли через нас как минимум одного человека. Некоторые, такие как Amazon, нанимают очень много людей.

Сейчас Hired расширяется по городам – начинали мы только с Сан-Франциско, потом добавили Нью-Йорк, Лос-Анджелес, но сегодня Hired представлен уже в 15 так городах. Это ключевые города в Америке, а также Торонто, Лондон, Париж и другие.

Hired отбирает 3% лучших кандидатов. Как происходит их оценка?

Поначалу мы лично просматривали все резюме. Первым был критерий по локации: например, только Сан-Франциско. Далее было два критерия. Первый – качественный: смотрели, где человек учился, где работал. Второй – готов ли он изменить место работы. Чтобы это узнать, задавали несколько наводящих вопросов. Например, как долго работает в компании (если несколько месяцев, то переманивать не стоит, а если годы – желание изменить место работы может быть выше), говорил ли уже с HR`ами других компаний.

Сейчас для выполнения части задач мы используем технологии machine learning. Практически с самого начала в компании было понимание, что это нужно использовать, теперь над созданием алгоритмов трудится несколько команд внутри компании.

У Hired есть офисы в Украине?

Нет, Hired сейчас нет в Украине и в данный момент нет плана расширяться в Украину. Когда-то я надеюсь да, но не сейчас.

Вы привлекли более $100 млн инвестиций. Какими темпами рос Hired?

Еще когда мы сидели в баре на этапе идеи, мы думали, как определить успех. Тогда мы рассчитали для себя, что нам нужно,чтобы компанию оценили в $100 миллионов: для этого нам нужно было заработать как минимум $10 млн в год, чтобы оценка была x10 – это стандартно для маркетплейсов. А поскольку мы зарабатываем примерно $20 000 с найма, нам нужно трудоустроить 500 кандидатов за год. Это не так много, потому что только в Сан-Франциско больше чем 500 людей меняют работу каждый год. Я думаю, в Киеве так же.

Мы подсчитали воронку – сколько людей нужно пригласить, сколько предложений получить, сколько компаний привлечь, чтобы этого добиться, и подсчитали, что нам на это понадобится два года. И угадали.

Через два года мы закрыли 550 наймов, правда, к тому моменту компанию уже оценили в $200 млн. Сейчас мы уже собрали $102,7 млн инвестиций в Hired. Среди наших инвесторов: Sierra Ventures, Crosslink Capital, Silicon Valley Bank, Lumia Capital.

На сегодня Hired самая быстрорастущая компания в секторе рекрутинга. Мы также один из самых быстрорастущих маркетплейсов. Talkable растет еще быстрее, но уже сейчас Hired – довольно большого масштаба компания. Офисы присутствуют в Сан-Франциско, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Бостоне, Сиэттле, Остине, Сан-Диего, Далласе, а также в Торонто, Лондоне, Париже… Сегодня в Hired работает чуть более чем 200 человек.

Оценку и доходность мы, к сожалению, не раскрываем.

Какую роль вы выполняете в обеих компаниях на сегодня? У вас контрольный пакет в Talkable и Hired?

Только в Talkable – тут я единственный директор. В Hired у нас очень много инвесторов, в совете директоров 7 человек, и там ни у кого нет контрольного пакета.

В Talkable я занимал должность CEO, а в Hired был CTO. Я вел всю продакт-команду до декабря 2016-го года – потом мы наняли команду менеджеров, после чего все трое кофаундеров смогли отойти от ежедневного управления. Весь прошлый год я путешествовал по миру, ездил в больше чем 30 разных стран – решил что нужно отдохнуть и заняться теми вещами, на которые никогда не хватало времени – писать музыку, читать классическую литературу, заниматься йогой и т.д.

Но мне это очень быстро надоело, и я начал ездить на IT-конференции, разные отраслевые митапы. В какой-то момент, кода я был на IT-Arena во Львове, я понял, что пора возвращаться в мир бизнеса. Там я нашел двух топов для Talkable, которых мы искали более года.

С начала этого года я начал больше участвовать ежедневно в руководстве Talkable. Сейчас моя роль – Executive Chairman. Вместе с CEO мы строим стратегию и план развития компании, а еще я руковожу продуктовой командой в Украине.

Часто бываете в Украине? Есть планы по расширению команды здесь?

За прошлый год я провел 60 дней в Украине и 80 дней в Сан-Франциско. А в этом году я собираюсь еще больше тут быть.

В прошлом году у нас было 30 человек в Киеве, сейчас уже 49, мы переехали из маленького офиса в офис побольше, и здесь у нас уже тоже заканчивается место. План по расширению очень агрессивный.

Что вы можете сказать об украинском IT-рынке? Как он поменялся с тех пор, как вы делали здесь свою первую компанию?

Как человек, который работает здесь с 2004 года, могу сказать, что очень поменялся. Когда мы только пришли на этот рынок с Wеbmasters International, мы нанимали разработчиков в Николаеве за их двойную зарплату на прошлой работе и получалось так, что по факту мы нанимали людей за $400 в месяц, которые до этого получали $200 в месяц. К тому времени, когда Webmasters закрывался, мы им платили уже по $1500 в месяц – люди купили себе машины, квартиры, встали на ноги.

Тогда был очень быстрый рост аутсорсинг-компаний, и сегодня в Украине много таких больших и успешных работодателей. Они натренировали очень много талантливых людей за бюджеты клиентов. Теперь благодаря этому появляется много классных продуктовых компаний типа Talkable. Рынок развивается. Появились первые классные венчурные капиталисты, в Украине зарождается экосистема венчурного капитала, но пока нет экосистемы экзитов. Чтобы было как в Кремниевой долине, нужно чтобы те компании, которые собирают капитал, могли выходить. Когда будет больше экзитов, будет и больше капитала, который будет входить в стартапы.

Мне кажется, что за последние 10-15 лет мы очень-очень много прошли и впереди светлое будущее.

Расскажите про Burning Man. Что этот фестиваль вам дает и какие впечатления оставляет?

Burning Man на меня очень повлиял. Впервые я поехал туда в 2007 году, когда только приехал в Сан-Франциско. С тех пор я был там уже 11 раз.

Конечно, там есть гедонизм, это правда, но там также очень много креативности. Мне Burning Man представляется как некий микрокосм. Неделя на Burning Man – это как минижизнь. Когда ты только приезжаешь, там ничего нету, люди все строят сами – без денег, просто с нуля на пустой земле. Так же, как и в мире. И когда ты это осознаешь, ты понимаешь, что все возможно.

На Burning Man очень медленно идет время. Я не мог поверить, что я здесь всего два дня, а уже столько всего произошло… В субботу сжигают статую Человека – это пик, все празднуют, танцуют, кричат. А в воскресенье сидят в тишине и после этого уезжают. И это напоминает тебе, что жизнь такая короткая, мы можем сделать все, но у нас не так много времени.

У Burning Man есть 10 принципов, и они очень подходят к жизни. Например, radical self reliance – полагаться строго на себя – так же как в жизни. Radical inclusion – можно всех привлекать! Leave no trace – ничего после себя не оставь. Я не буду перечислять их все, но мне также очень нравится последний – десятый принцип – immediacy.

Делай что-то прямо сейчас, потому что момент может улететь. Например, тебе предлагают куда-то поехать, но прямо сейчас – сорваться и в путь. Если ты не примешь решение мгновенно, шанса больше не будет.

Так что да, Burning Man меня очень сильно вдохновляет. Я думал, со временем перестанет – приестся после нескольких лет, но все равно я все еще не знаю, как провести время лучше.

У вас в Linkedin я вычитала, что вы мечтаете быть космическим предпринимателем. Что вы имеете ввиду?

Когда я еще был маленьким, я как все, кто родился в Советском Союзе, мечтал стать космонавтом. Космонавтом я уже быть не хочу, но я мечтаю побывать в космосе.

В университете я понял, что это мечта, которая может быть реальной. Я помню этот момент, как люди говорят, что они помнят, как застрелили Кеннеди – я понял, что когда-нибудь буду в космосе. Один из моих менторов и профессоров в Georgia Tech, где я учился, был инвестором в компанию, которая делает суборбитальные космические полеты. Тогда они продавали билеты для early birds за $100 000 на полеты, которые будут через много лет спустя. Тогда у меня не хватало денег, но я понял, что со временем буду зарабатывать больше, а стоимость будет падать. Надеюсь, я доживу до момента запуска одного из таких туристических полетов.

Потом я начал думать, как я могу поучаствовать. И у меня была идея еще со школы, научиться управлять полетом астероидов и разбивать их друг об друга, чтобы потом собирать их осколки на ресурсы. Ведь в космосе все очень дорогое. Поэтому в будущем, когда в космосе будет рынок, чтобы потреблять эти ресурсы, моя идея может пригодится.

Вы живете в Калифорнии, но часто бываете в Украине. Что для вас Украина – это родина, плацдарм для бизнеса или нечто другое?

Во-первых, родина. Я поменял имя, когда мне было 10 лет, но я все равно Миша. Я общаюсь на русском языке, потому что, когда я родился, мои родители со мной говорили на русском, но сейчас учусь разговаривать на украинском. Я очень горжусь страной и очень люблю ее.

Первый раз я вернулся в Украину, когда мне было 18 лет. Я думал, зачем мне туда ехать, я же американец, мы же так хотели уехать отсюда! Но когда я впервые приехал в Украину, я сразу почувствовал, насколько здесь все мне близко. И люди, и атмосфера.

Меня очень удивляет, когда я здесь общаюсь с людьми, и мне говорят, что в США лучше. По многим параметрам на самом деле лучше здесь – еда вкуснее, выше качество жизни, ну стандарты жизни.

Может быть, тут тяжелее заработать деньги и научиться каким-то вещам, но перспектив тут очень много и жить здесь очень даже хорошо.

Так что для меня Украина – это место, где я хочу проводить больше времени. Я считаю себя украинцем. Ну и также это отличное место для развития бизнеса.

Заметили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам.

Добавить комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

4 комментария

по хронологии
по рейтингу сначала новые по хронологии

Супер! Успехов! Удивлен редкостью статьи в которой СЕО говорит о доходности, а не инвестициях в первую очередь -- молодцы!

Руслан Ткаченко

Красавчик. Не хочет он в Украину вернуться и открыть тут парочку миллионных компаний?) Нашей стране это не помешает)

Yurij Liapin

Руслан, статью прочитать не осилили перед тем как комментарий писать? =)

Roman Lazurenko

долг пол ляма, а он три года делает еще продукт, который не выстрелил. А на что жил эти три года Карл?!

Поиск

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: